История советских боевых машин пехоты началась не с одной конкретной конструкции, а с большого инженерного конкурса, в котором в начале 1960-х годов участвовали конструкторские коллективы сразу нескольких предприятий. Военным требовалась принципиально новая машина для мотострелковых подразделений: она должна была перевозить пехоту непосредственно в боевых порядках, защищать ее от огня стрелкового оружия и осколков, поддерживать десант собственным вооружением, самостоятельно бороться с бронетехникой противника и при этом преодолевать водные преграды без подготовки. Именно последнее требование стало одной из причин появления целого семейства необычных плавающих прототипов. Конструкторы искали оптимальный баланс между защищенностью, огневой мощью, вместимостью десантного отделения, скоростью и проходимостью, причем универсального решения на тот момент еще не существовало.
В результате в металле появились машины с гусеничным, колесным и колесно-гусеничным движителем. Среди наиболее известных претендентов оказались «Объект 911», «Объект 914», «Объект 1200», «Объект 19», курганский «Объект 659», а также челябинский «Объект 764», развитие которого в итоге привело к «Объекту 765» — будущей БМП-1. Каждая из этих машин предлагала собственное понимание того, какой должна быть перспективная БМП. Одни делали ставку на высокую скорость по шоссе, другие — на проходимость, третьи пытались совместить преимущества колесного и гусеничного хода. Большинство этих проектов осталось на уровне опытных образцов, но именно их испытания позволили определить направление дальнейшего развития советских БМП.
Почему советской армии понадобилась плавающая БМП
К началу 1960-х годов советское военное руководство рассматривало мотострелковые подразделения как войска, которые должны действовать в тесном взаимодействии с танками и сохранять высокую подвижность даже под воздействием ядерного оружия. Поэтому будущая БМП должна была быть не просто бронированным транспортером. От нее требовали возможности двигаться по пересеченной местности вместе с танками, вести огонь во время движения и перевозить отделение пехоты в относительно защищенном объеме. Одновременно машина должна была преодолевать реки, озера и другие водные препятствия самостоятельно, без обязательного использования мостов или инженерных средств.
Плавучесть для советской бронетехники имела вполне практическое значение. Огромная протяженность территории СССР, большое количество рек и водоемов, а также опыт Великой Отечественной войны показывали, что остановка перед водной преградой способна серьезно снизить темп наступления. Для БМП особенно важно было сохранить возможность высадки десанта сразу после выхода на противоположный берег. Поэтому в конкурсных проектах использовались водометные движители, специальные формы корпуса, герметизация днища и бортов, а также другие решения, позволявшие тяжелой по сравнению с обычным транспортером машине удерживаться на воде.
При этом сама плавучесть создавала серьезные конструктивные ограничения. Корпус приходилось делать достаточно легким, а объем вытесненной воды должен был обеспечивать необходимый запас плавучести. Увеличение массы брони улучшало защищенность, но одновременно ухудшало характеристики на воде и повышало нагрузку на двигатель и ходовую часть. Именно поэтому ранние советские БМП представляли собой компромисс между требованиями, которые зачастую противоречили друг другу.
«Объект 764» — машина, из которой выросла БМП-1
Одним из наиболее важных проектов этого периода стал челябинский «Объект 764». Формально он относится к числу экспериментальных машин, а не к тем прототипам, которые окончательно проиграли конкурс и исчезли без продолжения. Его конструкция стала основой для дальнейшего развития, приведшего к «Объекту 765», принятому на вооружение как БМП-1. Поэтому рассматривать историю советских опытных плавающих БМП без «Объекта 764» было бы неправильно: именно на нем хорошо видно, какие решения постепенно отбирались из множества конкурирующих вариантов.
Особенно важной особенностью челябинской схемы стало переднее расположение моторно-трансмиссионного отделения. Такая компоновка занимала значительный объем в носовой части, однако позволяла организовать в корме десантное отделение с более удобными путями выхода. Это решение впоследствии стало одной из характерных особенностей серийной БМП-1. Источники по истории развития советских плавающих машин отмечают, что наряду с «Объектом 914» именно челябинская линия рассматривалась как одна из наиболее перспективных.
Важность «Объекта 764» заключалась не только в отдельных технических решениях, но и в общей архитектуре машины. Конструкторы стремились разместить экипаж и десант таким образом, чтобы одновременно обеспечить компактность, плавучесть, возможность вести огонь и относительно быстро покидать машину. Дальнейшая доработка конструкции привела к появлению «Объекта 765», который уже стал серийной БМП-1. Таким образом, этот прототип нельзя назвать просто неудачным экспериментом: напротив, его решения оказались частью той инженерной цепочки, которая завершилась появлением первой массовой советской БМП.
«Объект 914»: гусеничная БМП на базе опыта ПТ-76
Одним из самых интересных соперников будущей БМП-1 был «Объект 914», разработанный в Волгограде конструкторским бюро Волгоградского тракторного завода. Машина создавалась с использованием технических решений плавающего танка ПТ-76, что было вполне логично: ПТ-76 уже обладал большим опытом эксплуатации в роли плавающей гусеничной бронемашины. Вместо того чтобы начинать проектирование всей ходовой части с нуля, конструкторы использовали проверенную основу и адаптировали ее под требования боевой машины пехоты.
«Объект 914» имел классическую для плавающей гусеничной машины водометную схему. Моторно-трансмиссионное отделение размещалось в кормовой части и было смещено влево, что позволяло организовать кормовую дверь для десанта справа. По приведенным в технической литературе данным, двигатель мощностью около 220 кВт обеспечивал скорость до 65 км/ч по шоссе, а на воде машина могла развивать примерно 10 км/ч. Запас хода по шоссе оценивался примерно в 700 км.
Вооружение «Объекта 914» соответствовало общей концепции нового класса машин. В башне размещалось 73-мм орудие, спаренное с пулеметом, а также предусматривался противотанковый управляемый комплекс. Дополнительным отличием стали два пулемета ПКТ, установленные в передней части корпуса и обслуживаемые членами десанта. Такое решение увеличивало возможности машины по ведению огня по направлениям, которые не всегда было удобно закрывать башенным вооружением.
Главной проблемой «Объекта 914» стала не способность плавать и не огневая мощь, а компоновка. Кормовое расположение двигателя ограничивало возможности организации десантного отделения и выхода пехоты. В отличие от схемы, которая впоследствии стала характерной для БМП-1, десантникам приходилось пользоваться сравнительно неудобными выходами. В условиях боя это имело принципиальное значение. Именно поэтому сама идея использовать хорошо отработанную базу ПТ-76 не стала окончательным решением.
Тем не менее работы над «Объектом 914» не были бесполезными. Полученный опыт использовался при дальнейшем развитии советской легкой гусеничной бронетехники, а сама машина стала одним из важных этапов формирования требований к будущим БМП. Она показала, что хорошая проходимость и способность уверенно двигаться по воде еще не гарантируют успеха, если компоновка не обеспечивает удобную работу десанта.
«Объект 911»: попытка совместить колеса и гусеницы
Если «Объект 914» представлял собой развитие традиционной гусеничной концепции, то «Объект 911» демонстрировал совершенно иной подход. Волгоградские конструкторы попытались создать машину, которая могла бы использовать преимущества сразу двух типов движителей. На пересеченной местности предполагалось применять гусеницы, а при движении по хорошей дороге — дополнительные колеса. Такой подход позволял рассчитывать на высокую скорость и меньший расход топлива на шоссе без полного отказа от гусеничного хода.
Опытный образец был построен в 1964 году. В конструкции использовались четыре колеса, причем два задних являлись ведущими, а гусеничный движитель имел пять опорных и два поддерживающих катка на каждом борту. Переход между типами хода занимал порядка полутора-двух минут. Для движения по воде машина использовала водометы. По данным технических изданий, масса «Объекта 911» составляла около 12,07 т, экипаж включал двух человек, а десант — до восьми военнослужащих. Максимальная скорость достигала 57 км/ч на гусеницах и около 100 км/ч на колесах; на воде машина могла двигаться со скоростью примерно 10 км/ч.
На бумаге подобная схема выглядела весьма привлекательно. Колеса должны были обеспечить высокую скорость на шоссе, а гусеницы — сохранить проходимость. Однако практика показала, что универсальность имеет свою цену. Ходовая часть становилась сложной, увеличивалось число механизмов, требующих обслуживания, а дополнительные колеса и приводы добавляли конструктивную массу и занимали пространство. В условиях серийного производства такая система также была заметно сложнее обычной гусеничной ходовой части.
Еще одна проблема была связана с организацией десанта. Конструкция «Объекта 911» не обеспечивала столь удобного кормового выхода, как схема, ставшая основой будущей БМП-1. В итоге высокие показатели скорости на дороге не смогли компенсировать сложности комбинированного движителя и менее удачную компоновку. После сравнительных испытаний предпочтение было отдано другим проектам, а «Объект 911» в серию не пошел. Опытный образец позднее оказался в бронетанковой экспозиции Кубинки.
«Объект 1200»: колесная БМП, которая могла плавать
Совершенно иной путь выбрали конструкторы Брянского автомобильного завода. «Объект 1200» представлял собой колесную БМП с формулой 8×8. Для советской армии начала 1960-х годов это было смелое предложение: колесная машина потенциально могла обеспечить большую скорость на дорогах, меньший износ ходовой части и более плавное движение по твердому покрытию. Однако от нее одновременно требовали поведения настоящей боевой машины пехоты, в том числе возможности уверенно действовать на слабых грунтах и преодолевать водные препятствия.
«Объект 1200» получил специальное шасси, сварной корпус и кормовое расположение силовой установки. Десант размещался в корпусе вокруг боевого отделения, а для движения по воде применялись реактивные водометные движители. В технических данных для машины приводятся максимальная скорость около 90 км/ч на суше и примерно 10 км/ч на плаву, экипаж из трех человек и десант из семи военнослужащих. Вооружение включало 73-мм орудие «Гром», пулемет ПКТ и пусковую установку противотанкового комплекса «Малютка».
Особенно интересной была ходовая часть. Машина имела восемь ведущих колес и независимую гидропневматическую подвеску, позволявшую изменять дорожный просвет. Передние две оси были управляемыми. Такое решение повышало приспособленность к движению по дороге и давало возможность изменять положение корпуса относительно грунта. Для плавающей машины подобная система была весьма технологически интересной, но одновременно увеличивала сложность конструкции.
Главная проблема «Объекта 1200» проявилась при сравнении с гусеничными конкурентами. Колесная схема была привлекательна на дорогах, однако тяжелая восьмиколесная машина не могла обеспечить ту же проходимость по снегу, грязи и другим слабым грунтам, которую давала полноценная гусеничная ходовая часть. В результате преимущество в скорости на шоссе оказалось недостаточным для победы в конкурсе. «Объект 1200» остался опытной машиной, но его конструкция стала одним из наиболее интересных примеров альтернативного пути развития советской БМП.
«Объект 19»: самая необычная колесно-гусеничная схема
Еще более необычный вариант появился в Рубцовске на Алтайском тракторном заводе. «Объект 19» создавался как колесно-гусеничная машина, причем дополнительный гусеничный движитель размещался между колесными осями. В обычных условиях предполагалось использовать колеса, а при ухудшении грунта — подключать гусеницы. Идея напоминала попытку получить одновременно преимущества колесной скорости и гусеничной проходимости, но технически была значительно сложнее обычной ходовой части.
Такая конструкция была характерна для раннего периода поиска оптимальной схемы БМП, когда конструкторы еще не знали, какой тип движителя окажется наиболее рациональным для нового класса техники. «Объект 19» не стал серийной машиной. После сравнительных испытаний предпочтение получили более традиционные гусеничные решения. Основная проблема подобных комбинированных схем заключалась в том, что они требовали дополнительных механизмов и увеличивали сложность обслуживания, а при этом не гарантировали полного превосходства ни на шоссе, ни на тяжелом бездорожье.
Интересно, что именно такие эксперименты позволили военным и конструкторам получить практический ответ на вопрос, который нельзя было решить только расчетами. На бумаге возможность менять движитель выглядела преимуществом. На испытательном полигоне выяснялось, сколько времени занимает переход, насколько надежны механизмы, как изменяется управляемость и насколько сложной становится эксплуатация. В конечном итоге именно совокупность этих факторов определила судьбу «Объекта 19».
«Объект 659»: курганский вариант перспективной БМП
Еще одним малоизвестным участником работ стал курганский «Объект 659». В ряде источников встречается обозначение «Объект 609», однако индекс 659 считается более корректным для этой опытной машины. Проект выполнялся в конструкторском бюро Курганского машиностроительного завода. В отличие от некоторых других участников конкурса, машина не получила такой известности, как «Объект 911» или «Объект 1200», однако представляет интерес как один из вариантов поиска подходящей ходовой схемы для нового класса бронетехники.
По проектным данным масса «Объекта 659» оценивалась примерно в 12–13 тонн. Экипаж должен был состоять из двух человек, а десантное отделение рассчитывалось на значительное количество военнослужащих. В качестве основного вооружения предусматривалось 73-мм орудие «Гром», дополненное пулеметом. Машина имела колесное шасси с дополнительным гусеничным приспособлением для повышения проходимости, то есть также продолжала линию экспериментов с комбинированным движителем.
Для движения по воде проект предусматривал использование гусеничного движителя. В опубликованных технических данных для «Объекта 659» указывается возможность плавания и скорость на воде около 7 км/ч, тогда как максимальная скорость на колесном ходу оценивалась примерно в 80 км/ч, а на гусеничном — около 40 км/ч. Эти цифры показывают общую тенденцию тех лет: конструкторы стремились получить максимально быстрое движение по дорогам, не отказываясь от возможности преодолевать водные препятствия.
Что объединяло все эти опытные машины
Несмотря на существенные различия, у большинства проектов было несколько общих черт. Конструкторы стремились создать сравнительно легкую машину, способную плавать, перевозить пехоту и обладать собственной огневой мощью. В вооружении конкурсантов прослеживается единая тенденция: 73-мм орудие «Гром», 7,62-мм пулемет ПКТ и противотанковый комплекс «Малютка» стали фактически характерным набором для формировавшейся концепции советской БМП. Источники по истории разработки указывают, что опытные машины получили близкий комплекс вооружения, что позволяло сравнивать прежде всего ходовые и компоновочные решения.
Вторым общим требованием была способность преодолевать водные преграды. Для этого применялись разные технические решения, но наиболее распространенным для гусеничных и некоторых колесных машин стал водометный принцип движения. Плавающая БМП должна была не просто держаться на поверхности воды, а сохранять управляемость и возможность выйти на берег с противоположной стороны. Поэтому форма корпуса, распределение массы и положение силовой установки имели огромное значение.
Третьим фактором стала необходимость обеспечить приемлемые условия для десанта. Опыт показал, что количество перевозимых солдат само по себе не является достаточным критерием. Важно, где располагаются сиденья, как пехота покидает машину, насколько быстро можно высадиться под огнем и не мешает ли силовая установка организации кормового пространства. Именно поэтому компоновочные преимущества будущей БМП-1 оказались столь значимыми.
Почему победила именно гусеничная схема
Сравнительные испытания нескольких принципиально разных конструкций постепенно показали, что для советской мотострелковой БМП наиболее рациональным оказался гусеничный движитель. Колесные машины демонстрировали высокую скорость на дорогах, а колесно-гусеничные проекты пытались объединить сразу несколько преимуществ. Однако в условиях военной эксплуатации требовались не рекордные показатели на одном типе поверхности, а предсказуемая работа во всем диапазоне условий.
Гусеницы обеспечивали более равномерное распределение массы по грунту и позволяли увереннее двигаться по мягкой поверхности, снегу и грязи. Это особенно важно для машины, которая должна была действовать рядом с танками. Если БМП значительно уступает танкам по проходимости, ее высокая скорость на шоссе уже не дает такого большого преимущества. Именно поэтому в ходе испытаний более сложные колесно-гусеничные схемы постепенно уступили место традиционной гусеничной компоновке.
Почему кормовой десантный выход оказался таким важным
История экспериментальных БМП хорошо показывает, насколько важна внутренняя компоновка. На ранних машинах конструкторы сталкивались с проблемой: двигатель занимал значительный объем, а плавучесть требовала компактного корпуса. Если силовую установку разместить сзади, можно получить определенные преимущества с точки зрения механики и компоновки ходовой части, но одновременно значительно усложняется организация кормового десантного отделения.
Для боевой машины пехоты это критический недостаток. Пехота должна была покидать защищенный объем быстро и организованно. Кормовой выход давал возможность высаживаться в относительном укрытии за корпусом машины, тогда как выход через верхние люки сильнее подвергал военнослужащих воздействию огня и осколков. Именно этот фактор стал одним из преимуществ переднемоторной компоновки, которая развивалась в линии «Объекта 764» и «Объекта 765».
Плавучесть как часть советской концепции БМП
Сегодня способность бронемашины плавать может восприниматься как дополнительная характеристика, но для советских БМП она была частью общей тактики применения. Машина должна была сопровождать мотострелков при форсировании водных преград и не превращать реку в непреодолимую остановку наступающей колонны. Поэтому плавучесть закладывалась в конструкцию изначально, а не добавлялась как второстепенная функция.
При этом плавающая БМП была вынуждена соблюдать жесткий весовой баланс. Более толстая броня увеличивала защищенность, но одновременно повышала осадку и уменьшала запас плавучести. Более мощное вооружение требовало места и массы. Большой десант также увеличивал нагрузку. В итоге инженерам приходилось постоянно искать компромисс между требованиями, которые в идеальной машине хотелось бы выполнить одновременно без ограничений.
Что произошло с опытными БМП после конкурса
После завершения сравнительных испытаний большинство необычных прототипов не получили дальнейшего развития в качестве серийных боевых машин. «Объект 1200» остался экспериментальным колесным проектом, «Объект 911» — примером сложной колесно-гусеничной схемы, «Объект 914» — гусеничной машиной с использованием опыта ПТ-76, а «Объект 19» и «Объект 659» продемонстрировали различные варианты комбинированного движителя. Эти машины не стали тупиками в полном смысле слова: технические решения, результаты испытаний и даже выявленные недостатки использовались при дальнейшем проектировании советской бронетехники.
Некоторые опытные машины сохранились до наших дней как музейные экспонаты. Например, «Объект 911» после завершения испытаний был передан в Бронетанковый музей в Кубинке. Благодаря сохранившимся прототипам сегодня можно увидеть, насколько сильно различались первые представления конструкторов о внешнем виде и внутреннем устройстве БМП.
Почему проигравшие проекты оказались важны для истории бронетехники
Главное значение экспериментальных БМП заключается в том, что они позволили отказаться от некоторых привлекательных, но не слишком практичных решений. Без реальных испытаний было бы сложно определить, насколько оправдан колесно-гусеничный движитель, как поведет себя тяжелая колесная машина на мягком грунте или насколько важен способ выхода десанта. Каждый прототип отвечал на конкретный технический вопрос, а результаты испытаний постепенно сужали количество возможных вариантов.
В этом отношении история первых советских БМП представляет собой классический пример инженерного отбора. Победителем оказался не обязательно самый быстрый прототип, не самая необычная машина и не конструкция с наибольшим количеством технических новшеств. Наиболее перспективной стала компоновка, которая обеспечивала приемлемое сочетание проходимости, плавучести, вооружения, вместимости и удобства применения десанта. В дальнейшем именно эта философия воплотилась в БМП-1.
От экспериментальных «объектов» к БМП-1
Появление БМП-1 стало итогом целой серии испытаний и инженерных экспериментов. В процессе создания машины были проверены различные варианты движителей, компоновок, способов размещения десанта и силовой установки. Наиболее удачные решения постепенно объединялись в единой конструкции. В итоге гусеничная схема, переднее расположение моторно-трансмиссионного отделения, кормовое размещение десанта, водометная система и характерный комплекс вооружения стали основой серийной машины.
Именно поэтому ранние опытные БМП нельзя рассматривать исключительно как коллекцию неудачных проектов. «Объект 914», «Объект 911», «Объект 1200», «Объект 19», «Объект 659» и другие машины фактически сформировали испытательный полигон для концепции, которая впоследствии получила массовое распространение. Их судьба показывает, что создание новой боевой машины редко является результатом одной удачной идеи. Обычно за серийным образцом стоят годы сравнительных испытаний, десятки спорных технических решений и большое количество прототипов, которые так и остаются в истории.
Наследие советских плавающих прототипов
Опыт создания первых советских БМП оказал заметное влияние на последующее развитие легкой гусеничной бронетехники. Конструкторы получили возможность на практике оценить преимущества и недостатки колесных и гусеничных схем, особенности водометного движения, требования к плавучести и влияние компоновки на действия десанта. Особенно важным оказался вывод о том, что боевую машину необходимо проектировать как единый комплекс: нельзя отдельно улучшать двигатель, вооружение или ходовую часть, не учитывая их влияние на остальные элементы.
Многие решения, которые на ранних этапах казались перспективными, со временем оказались слишком сложными. Это особенно хорошо видно на примере колесно-гусеничных машин. Они обещали универсальность, но требовали дополнительных механизмов и усложняли эксплуатацию. Колесные БМП, в свою очередь, демонстрировали высокую скорость и плавность хода, но сталкивались с ограничениями проходимости. Гусеничная схема оказалась более консервативной, однако именно она лучше соответствовала требованиям советской армии того периода.
Экспериментальные плавающие БМП СССР интересны не только как редкие образцы бронетехники. Это своеобразная хроника инженерного поиска начала 1960-х годов. За внешне необычными корпусами и сложными механизмами стояла попытка решить одну из самых трудных задач своего времени — создать машину, которая одновременно являлась бы транспортом для пехоты, огневой платформой, бронезащищенным средством передвижения и плавающей боевой единицей. Большинство прототипов не попало в серию, но именно их испытания помогли определить облик БМП-1, ставшей отправной точкой для дальнейшего развития советских и российских боевых машин пехоты.
